full screen background image

Как коронакризис повлиял на бюджеты регионов

Чем выше зависимость региона от федеральной казны, тем меньше он страдает от снижения своих доходов, делает вывод Владимир Климанов. Мы обсудили с ним ситуацию с региональными бюджетами в период карантина.

Как коронакризис повлиял на бюджеты регионов

Владимир Климанов: Если сразу более половины регионов что-то не сделали, значит, система не сработала, а не губернаторы такие плохие. Фото: Владимир КлимановВыходит, в пандемию быть бедным регионом выгодно?

Владимир Климанов: Действительно, многие сильные регионы пострадали достаточно активно. Упали их доходы, которые в основном формируют налог на прибыль и налог на доходы физлиц (НДФЛ), а у сырьевых — еще и налог на добычу полезных ископаемых (НДПИ).

По данным на 20 октября, сбор от налога на прибыль в среднем упал более чем на 18 процентов. НДПИ — почти на 7 процентов. И только с небольшим плюсом — НДФЛ. В конкретных регионах минусы, понятно, значительнее.

И беда, что сильным регионам часто дополнительную финансовую помощь не предоставляют. А слабых Федерация вытягивает. Даже распределение дополнительной дотации на сбалансированность — 200 миллиардов рублей — шло по двум критериям. По остроте падения доходов и по объему приоритетных расходов.

Из общего распределения исключили несколько регионов, посчитали, что им не нужны дополнительные дотации. Это Москва и Московская область, Санкт-Петербург и Ленинградская область, Ханты-Мансийский автономный округ, Ямало-Ненецкий АО, Тюменская область, Ненецкий АО, Сахалинская область. И туда почему-то попали еще Чукотка, Магаданская и Амурская области.

Значит, они, наверное, могут справиться сами.

Владимир Климанов: Мы знаем, в Амурской области экономический бум за счет продолжения строительства газохимического комбината. Прибавьте сюда мост через Амур и газопровод «Сила Сибири». На Чукотке тоже рост, надо сказать, неожиданный. Но все остальные регионы — нефтяные и столичные — просто взяли и исключили из анализа. Почему? Не до конца понятно. Татарстан, Башкортостан или Свердловская область, которые вполне регионы-доноры, тем не менее дополнительную финансовую помощь получили, и достаточно большую.

Но в целом федеральная помощь все-таки является инструментом повышения шокоустойчивости регионов. И это правда. Чем выше зависимость региона от федеральной казны, тем он меньше страдает от снижения доходов. Свои дотации и трансферты он в любом случае получит. Чего не скажешь о регионах-донорах. То есть в условиях кризиса 2020 года быть бедным оказалось выгодно.

Пора, наверное, менять такую систему?

Владимир Климанов: Без сомнения. Сейчас, получается, выгоднее прибедняться, а не гордиться достижениями.

Труднее всего в пандемию пришлось бюджетам сильных регионов, которые живут «на свои деньги». Федеральная казна им почти не помогает

Помню, когда Калужская область лет пять назад влетела в компанию регионов-доноров, ее губернатор (тогда им был Анатолий Дмитриевич Артамонов) сразу сказал: «Мы тут же потеряли в деньгах, потому что перешли на другой уровень софинансирования». Он тогда констатировал: странная вещь — регионом-донором быть невыгодно.

Получается, механизмы, которые существуют, являются антистимулами для повышения собственного налогового потенциала. Так что менять систему нужно, она зашла в тупик, это очевидно. И с долгами, и с повышением целевых трансфертов, и в их излишней детализации.

Так насколько критична сейчас ситуация с бюджетами регионов?

Владимир Климанов: Здесь двоякая ситуация. С одной стороны, долг у регионов вроде бы высокий, а в некоторых субъектах — критичный совсем. С другой стороны, Федерация все время не дает доводить ситуацию до банкротства.

Главное, чтобы у Федерации деньги не кончились?

Владимир Климанов: У федерального бюджета подушка безопасности внушительная — 12 процентов валового внутреннего продукта в Фонде национального благосостояния.

Владимир Викторович, пока мы говорили про трудности регионов и резком снижении их доходов, прошло сообщение ТАСС. Объем налоговых поступлений в бюджет Тверской области с начала 2020 года составил 36,9 миллиарда рублей, что на 2,3 миллиарда больше, чем годом ранее. Выходит, и в пандемию можно развиваться?

Владимир Климанов: Там есть рост в сельском хозяйстве, во внутреннем туризме и смежных отраслях. Росатом, конечно, внес свою лепту.

Кроме того, в этом году в области открылся общероссийский распределительный центр одной из крупнейших логистических компаний. И поэтому область, конечно, выиграла в условиях пандемии.

Новость приятная, но такое не всем по силам?

Владимир Климанов: Да. Но нужно к этому стремиться.




Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Яндекс.Метрика