Кирилл Коктыш: Беларусь стала местом столкновения интересов сверхдержав

Кирилла Коктыша — известного российского политолога, доцента кафедры политической теории МГИМО и, к слову, белоруса мы застали в Минске, куда он с семьей уехал на каникулы. И волею судьбы стал очевидцем последних политических событий.

Кирилл Коктыш: Беларусь стала местом столкновения интересов сверхдержав

Кирилл Евгеньевич, непростые события, которые мы наблюдаем в эти дни в Беларуси, как мне показалось, несколько затмили проблемы Союзного государства, хотя этот проект многие признают краеугольным камнем наших отношений?

Кирилл Коктыш: Не думаю, что затмили. Разговоры о Союзном государстве тут же активизировались, едва разразился кризис в Беларуси. После своего переизбрания на пост Президента страны Александр Лукашенко несколько раз поговорил по телефону со своим российским коллегой и получил заверения в необходимой помощи, в том числе и по линии Союзного государства. Эта помощь предусмотрена существующими межгосударственными договорами.

Можно надеяться, что это не кратковременный всплеск интереса к нашему интеграционному проекту?

Кирилл Коктыш: Более того, я думаю, тема Союзного государства в ближайшее время может еще более актуализироваться. И одна из причин — грядущее реформирование Конституции Беларуси, о котором официально объявлено. Пока, правда, мало кто знает, как эти реформы будут выглядеть, но есть все признаки того, что произойдет адаптация Основного закона Беларуси под Союзное государство.

Каков, на ваш взгляд, потенциал сотрудничества двух наших государств и, главное, его межрегиональная составляющая?

Кирилл Коктыш: Уверен, этот потенциал огромен, и он будет дальше расти. Беларусь — индустриальная страна, тут прекрасно понимают, насколько проблематичен для промышленности западный вектор развития страны, он несет большей частью издержки. Поэтому еще раз подчеркну: проект «Союзное государство» важен и актуален и уже скоро станет рассматриваться как один из вариантов выхода из кризиса, в который угодила Беларусь. Как все это будет происходить и в какой форме — не берусь предсказывать, но, думаю, в ближайшее время мы все увидим.

Беларусь стала местом столкновения интересов сверхдержав, и это ничуть не делает ее сильнее

Вы практически все лето провели у себя на Родине, и вам наверняка известно отношение граждан страны к самому интеграционному проекту?

Кирилл Коктыш: Я уже не раз говорил, что достижения Союзного государства вписываются прежде всего в гуманитарное измерение. Это равные права белорусов в России и россиян в Беларуси на имущество, образование, медицинское обслуживание и так далее. Во многом согласована оборонная и внешняя политика… Однако в сфере экономики различия есть. Надо понимать, что экономики России и Беларуси — две разные экономики, хотя они и работают в симбиозе. В случае развития внутриотраслевой интеграции Союзное государство получает огромный импульс к развитию. И таких направлений несколько, например, цифровизация промышленности — сфера, в которой наши два государства уже активно сотрудничают. Это космос, машиностроение, медицина и ряд других направлений, связанных с использованием если не индустриальных мощностей, то хотя бы кадров. Об одном сожалею, что данная «опция» практически не применялась в минувшей предвыборной президентской кампании. Все концентрировалось вокруг сохранения суверенитета. И это, на мой взгляд, существенный просчет.

И все-таки насколько глубоко наши народы проросли друг в друга?

Кирилл Коктыш: Думаю, такое прорастание могло быть и глубже, и интереснее, хотя и то, что мы имеем сейчас, тоже очень существенно. Прежде всего это касается экономического проникновения.

Я имею в виду очень высокий уровень присутствия белорусского бизнеса на территории России. Белорусские бизнесмены и промышленники прекрасно понимают, что других рынков, помимо российского, у белорусской промышленности нет и не будет. И это важно также понимать людям, которые под влиянием эмоций сегодня решают бастовать или не бастовать.

Вы можете на примерах пояснить, что наш союз дает России, а что Беларуси? Проживем ли мы друг без друга?

Кирилл Коктыш: Я бы ответил так: дорога эта не без ухабов. Опасность может таиться в том, что Союзное государство рискует быть вовлеченным в споры о распределении ресурсов и, окунувшись в это, может там и застрять. В результате это чревато замедлением интеграции и ростом конфликтности. К положительным факторам я отнес бы внешние совместные проекты, которые, собственно, и способствуют развитию экономической интеграции Союзного государства. Скажем, китайский проект «Один пояс — один путь». Между Азией и Европой перемещается в год товаров примерно на $1,5 трлн. И понятно, что если даже часть от этого потока двинется по евразийскому пути — через Казахстан, Россию и Беларусь, то это будет мощнейший стимул для развития. А если мы интегрируем искусственный интеллект в автоперевозки, то значительно увеличим скорость доставки грузов из Азии через Россию и Беларусь в Европу и обратно. Такие наработки академий наук России и Беларуси в рамках Союзного государства уже имеются. Они были презентованы относительно недавно — на конференции, посвященной 20-летию Союзного государства. В активе также подписанное в ходе последнего визита в Минск министра иностранных дел Сергея Лаврова соглашение о взаимном признании виз… Думаю, в ближайшее время Россия получит возможность качественно укрепить свои позиции в регионе: ситуация явно благоприятствует тому, чтобы Минск и Москва наконец нашли приемлемую для обоих формулу решения и затянувшегося на полтора года спора по поводу углеводородов, и интеграционных форматов.

Насколько сегодня экономика зависит от политики?

Кирилл Коктыш: Уверен: политика всегда должна сопровождаться экономическим расчетом. Вместе с этим экономика в Беларуси несильно зависит от политики — она зависит от государственной собственности. Но одна из больших проблем, которые возникали за последние полтора года, касается ограничения доступа белорусского бизнеса на российский рынок. А это жизненно важно для Минска. Возможная смена власти, в случае если к власти приходит прозападная оппозиция, эту ситуацию предсказуемо ухудшит, если вообще не приведет к экономической катастрофе. Не говоря уже про политическое измерение.

В последнее время мы наблюдали маневрирование Минска между тремя центрами — большим Западом, Россией и Китаем…

Кирилл Коктыш: Это так. Другими словами, Беларусь стала местом столкновения интересов сверхдержав, и это ничуть не делает ее сильнее. Маневрирование зачастую исключает возможность собственного целеполагания, а это в ряде случаев приводит к самым печальным последствиям.

Кто-то сегодня ждет с распростертыми объятиями белорусов в Европе?

Кирилл Коктыш: На митингах об этом не говорят. Что важно, в этот раз я не видел на демонстрациях и флагов Евросоюза. Протест весь в бело-красно-белых флагах, их обычно трактуют как националистические, но проблема в том, что никаких иных символов протеста у демонстрантов просто нет, альтернативный флаг занят властью. Те, кто поднимал эти флаги, поднимали их не как знамя национализма, а как знак протеста, как знак противостояния нынешней власти. Нынешние выступления на данном этапе не националистические и не проевропейские, но теоретически легко на следующем этапе могут превратиться и в антироссийские, и в пророссийские. Но сегодня этого еще нет, сегодня митинги — это эмоциональное выражение протеста с фактическим отсутствием программных требований.

Есть ли в Минске понимание того, что дестабилизация собственной экономики — остановка производства и т.д. (а это возможно при смене руководства республики) — негативно аукнется и на экономике России, со всеми вытекающими последствиями и для Беларуси?

Кирилл Коктыш: Толпа всегда эмоциональна, любой рационалистический расчет ей чужд — первым это обнаружил Гюстав Лебон, еще в конце XIX века описавший поведение толпы. Те, кто сегодня активно митингует, не задумываются о том, что завтра могут оказаться на улице без работы, и не будут задумываться — пока не выдохнется эмоциональный запал.

Хорошо, а если взять экономическую элиту?

Кирилл Коктыш: Представители экономических кругов не ходят на митинги протеста. Надо понимать, что у белорусских оппозиционеров нет лидеров.

А что есть?

Кирилл Коктыш: Есть коллективный разум, но он вынесен вовне, в Польшу, и транслируется через группу телеграм-каналов «NЕХТА», основателями которых якобы являются два сбежавших из Беларуси студента.

Насколько, на ваш взгляд, важно сегодня объяснять все, о чем мы с вами говорим, гражданам Союзного государства?

Кирилл Коктыш: На эмоциональном этапе развития событий это бессмысленно. Пока идет активная и весьма горячая фаза протестов, никакие рациональные доводы не могут быть услышаны. Не потому что люди такие, а потому что такова природа толпы, которая с XIX века нисколько не изменилась. Напомню, Лебон — француз, чья книга «Психология толпы» являлась настольной книгой Владимира Ленина. Тот полагал, что большими массами людей правят бессознательные инстинкты, происходит снижение уровня интеллекта, а личность как таковая исчезает.

КСТАТИ

До конца текущего года Россией и Беларусью в рамках Союзного государства запланированы 11 совместных программ на сумму 3,2 млрд российских рублей. Это проекты в сфере медицины, науки, защиты информационных ресурсов, сельского хозяйства…

Комментарии

Авторизация
*
*
Регистрация
*
*
*
Генерация пароля
Мы используем cookie-файлы для наилучшего представления нашего сайта. Продолжая использовать этот сайт, вы соглашаетесь с использованием cookie-файлов.
Принять