Ушел из жизни художник Виктор Чижиков

Ну кто с ним не знаком? Он был все время рядом. То на книжной полке. То в телевизоре или на киноэкране. Каким мы знали доктора Айболита? А какими помнили Элли, Тотошку и Страшилу из «Волшебника Изумрудного города»? А Чиполлино или Васю Куролесова? Наконец, Дядю Федора и кота Матроскина из «Простоквашина»? Такими, какими их увидел Чижиков. Какими он придумал их, нарисовал и подарил всем нам. А память детства — это с нами на всю жизнь.

Ушел из жизни художник Виктор Чижиков

В понедельник пришло печальное известие. Скончался Виктор Чижиков. Ушел из жизни любимый художник нашего детства. Тот, кто был все время рядом — даже тогда, когда мы не задумывались, не вспоминали именно о нем. Да много ли мы, читатели и зрители, знали про него?

Чуть ли не 70 лет назад, в 1952 году, в газете «Жилищный работник» появилась его первая карикатура. Потом были журналы «Крокодил», «Мурзилка», «Веселые картинки» и вполне серьезный — «Вокруг света». А в 1980-м появился и его — нет, наш, конечно, наш, — олимпийский Мишка. Тот, со слезой, бегущей по щеке. Мишка остался в памяти — живой, настоящий и очень добрый, как и все герои Чижикова. Он же и сам был таким же — добрым, открытым и очень скромным.

Трудно представить, сколько труда, бессонных ночей и сомнений скрывали все его «веселые картинки». Сам Виктор Александрович сравнивал свою работу с трудом отшельника. Сидит художник в своем кабинете, творит в компании безмолвного автора и мучительно рождающегося героя — и всей душой не принимает, протестует против этого уединения. Ни разу в жизни он не отказался от общения с читателями и зрителями — если звали, обязательно приходил на все встречи. Чуть больше полугода назад на юбилее Российской государственной детской библиотеки он больше часа раздавал автографы. А потом — спрятавшись в укромном уголке — долго приходил в себя. Но как иначе? Не мог он отказать — тем, кто смотрел на него такими влюбленными глазами.

Что нужно для того, чтобы стать хорошим художником? Чижиков просто отвечал: «Очень хорошо помнить свое детство надо. Я помню очень многое, и мне интересно это вспоминать. Еще желательно быть добрым. Потому что есть художники — такие злюки, что не могут наскрести добра на детскую книжку. А вообще — это врожденное, тут не научишь ничему. Как меня математике так научить и не смогли».

Готов был часами рассказывать о своем военном детстве и удивительных людях, которые его окружали. О библиотеке в подвале дома, где они с мамой прятались от бомбежек. О первых рисунках, которые нарисовал в два года и которые чудом сохранил его отец. О своем знакомстве с Кукрыниксами, которые сумели выискать талантливого Витю среди бесчисленного множества юных дарований.

Ушел из жизни художник Виктор Чижиков

За этого доктора Айболита художник получил почетный диплом Ханса Кристиана Андерсена. Фото: РИА Новости

Кукрыниксы вспоминали: «В начале пятидесятых годов на пороге нашей мастерской появился юноша с большим чемоданом в руках. Это был ученик девятого класса Витя Чижиков. Он открыл свой чемодан, и мы увидели, что он набит карикатурами…» Они помогли когда-то юному дарованию поступить в Полиграфический институт. Эту историю он вспоминал потом в своей мемуарной книге «Чижиков. Мои истории. О художниках книги. О себе».

Он и про Мишку вспоминал все время. Как появился на свет олимпийский символ, знаменитый на весь мир. «Я стоял на балконе и смотрел на небо: был полон сомнений, вспоминал, как меня обижали и всякое такое. И подумал: «Хорошо бы прошел мой олимпийский Мишка!» — вспоминал он тот вечер, когда комиссия должна была из сотен претендентов выбрать одного. И комиссия оказалась правильной. Выбрала чижиковского Мишку — не похожего ни на одного из тысячи других медведей.

Он улетел — но он же остается с нами?

Из интервью Виктора Чижикова «РГ»

Какого своего героя вы любите больше всего?

Виктор Чижиков: Самые любимые герои — Петя и Потап, потому что я их сам придумал. Японцы попросили сделать иллюстрации к «Вершкам и Корешкам» — это такая русская народная сказка. Я сделал, они напечатали. Потом японцы звонят и говорят: «Мы напечатали, пишите продолжение и рисуйте». Я сказал, что у нас вообще-то не принято писать продолжение русских сказок. А потом решил так: чтобы не было повтора, придумал, что в новой книжке будут действовать внук медведя и внук мужика. Так появились Петя и Потап.

Через пять лет я по просьбе японцев написал еще продолжение и нарисовал. Третья книжка называлась «Петя спасает Потапа». Получилась трилогия: начинается с русской народной сказки, а заканчивается уже моими — как все думают, тоже народными.

А есть нелюбимые герои, которых сложнее всего было рисовать?

Виктор Чижиков: Я змей не люблю рисовать. Они есть красивые, а я же люблю выдумывать все, могу придумать любой узор, — но змеи мне не нравятся. Хотя, конечно, в «Волшебнике Изумрудного города» я рисую злую волшебницу Гингему со змеями, совами, нагнетаю страхи разные… А вообще я люблю Чехова.

Были книжки, которые вы отказывались иллюстрировать?

Виктор Чижиков: Конечно. Предположим, битву 1812 года, Наполеона надо рисовать, на черта он мне нужен? Я лучше возьму Петю и Потапа нарисую. Драматизм возникает не обязательно на поле брани. Он может возникнуть и во взаимоотношении двух гномов, да еще какой. Гномы могут поднять такой скандал у себя где-то под пеньком в лесу! Это же интересней рисовать.

Подготовили Наталья Лебедева, Анастасия Скорондаева, Дмитрий Шеваров

Авторизация
*
*
Регистрация
*
*
*
Генерация пароля
Мы используем cookie-файлы для наилучшего представления нашего сайта. Продолжая использовать этот сайт, вы соглашаетесь с использованием cookie-файлов.
Принять